Работа учащейся 10-го класса МКОУ «Суджанская СОШ №1» Суджанского района Курской области Авершиной Ольги «Мой ангел» заняла 2-е место в районном конкурсе школьных сочинений «Моя семья» в номинации «Мой самый близкий человек».

Руководитель Шульгина Татьяна Викторовна

 

Мой ангел

До недавнего времени мне не приходилось думать о некоторых вещах. Например, о семье. Да, я всегда знала, что семья – это крепость, но воспринимала это не душой, а разумом, как-то теоретически. И меня очень быстро заставили принять эту истину сердцем. Как и любой ребёнок, я надеялась, что этого никогда не произойдёт, но жизнь жестока, потери ведомы всем, и я перенесла тяжелейшую из них – потеряла маму. Это произошло чуть больше года назад, но иногда мне кажется, что намного меньше, судя по тому, что я с трудом сдерживаю рыдания, когда речь заходит о маме. В силу своего характера я не могу плакать на людях. Но стоит остаться одной и вспомнить своё счастливое детство, как слёзы сами начинают катиться из глаз.

Я считаю, что всё, происходящее с нами, мы заслуживаем или же остро в этом нуждаемся, но до сих пор не понимаю, чем я разгневала высшие силы, которые оставили, на тот момент, пятнадцатилетнюю девочку в самый важный момент её жизни, когда особо нужен совет матери. Я знаю, что такое случается со многими и я не исключение. Однако я бы очень хотела рассказать о самом дорогом моему сердцу человеке. О той, что всегда меня понимала, поддерживала и никогда не упрекала. О моей маме.

Мою маму звали Людмила. В переводе со старославянского означает «милая людям». Именно такой и была моя мама. Каждый, кто знал её, не мог сказать или вспомнить чего-то плохого о ней. Мама находила подход к любому, могла расположить к себе с первой встречи. Добрая, умелая, ответственная, сообразительная, понимающая – вот, что я могу сказать о главных качествах моей мамы. Я никогда раньше об этом не думала, но сейчас мне кажется, что в прошлой жизни, в отличие от этой, я совершила что-то очень хорошее, раз меня наградили такой мамой, мамой-ангелом.

Сейчас мне шестнадцать. Именно в таком возрасте у подростков с родителями возникают конфликты, приводящие к ссорам и побегам из дома. В моей семье такого бы не было. Родители всегда давали мне свободу, право выбирать самостоятельно и ничего не запрещали, а я и не хотела делать что-то из того, что многие родители запрещают своим детям: гулять допоздна, ходить на дискотеки, есть вредную пищу, вроде чипсов и газировки. Никогда не заставляли хорошо учиться. Я всегда это делала по собственной воле, мне было всё интересно, и хотела быть гордостью своей семьи.

Я однажды услышала краем уха разговор одной знакомой мне девочки и её подруги. Она говорила, что как только закончит девятый класс, сразу уедет учиться в другой город, подальше от родителей, чтобы жить свободной жизнью, что ей надоели родители, что мама постоянно поучает её. Я не стала вмешиваться, но сказала себе: «Ой, как она ошибается. Придёт время, и она поймёт это. Ей будет не хватать этих маминых поучений. Свобода окажется настолько опьяняющей, что начнёт тошнить от такой жизни. Вот тогда-то она вернётся туда, где её будет ждать самый добрый, ласковый, понимающий и всегда и всё прощающий человек – родная мама.

Совсем недавно в школе мы проходили роман Л.Н. Толстого «Война и мир». И во время чтения второго тома я заплакала. Казалось бы, из-за чего? Это из-за Наташи и её матери. Я заплакала в тот момент, когда по сюжету Наташа пришла в комнату мамы, разулась, забралась под одеяло к ней и лежала вплоть до прихода отца домой. Я делала точно также, только лежала и разговаривала или смотрела с ней что-то до тех пор, пока я либо не засну, либо убегу в свою комнату, чтобы закончить какое-то мелкое дельце. В такие моменты мама просто обнимала меня. Чувство, которое я испытывала тогда, не идёт в никакое сравнение с безмятежным спокойствием. А бывали ситуации, когда срочно нужно было понять, что я не одинока, и я шла прямиком к маме. Просто обнимала её, а она меня, и никакая сила была не в состоянии разъединить нас. И вновь накатывало это чувство. Такое действо на меня производила только мама.

Я часто спрашивала у мамы о детстве и юношестве. Как стало понятно из её рассказов, она была большим сорванцом, чем многие сегодняшние ребята. Видимо, мужской характер у нас в крови. Особенно меня веселили истории о школе. Нет, мама не хулиганила, но она всегда оказывалась в самой гуще событий. Рассказывая о себе, мама с поразительной точностью передавала мельчайшие детали, что я могла сама оказаться с ней в классе за партой или в коридоре на перемене, или на природе, когда она с классом ходила в походы. Эти истории всегда были очень весёлыми, и на мгновение мне хотелось попасть в это удивительное время, в котором она выросла.

Моя мама была потрясающим человеком. Никого подобного я ещё ни разу не встречала. Подружиться она могла с кем угодно, найти компромисс – запросто, выпутаться из любой неприятности – вообще не проблема, а главное – мама сохраняла спокойствие и оптимистический настрой, который мне, к сожалению, не передался. Может, это возрастное. Но это только одна сторона характера, коим обладал мой ангел-хранитель, которого обычные дети называют Мамой. Моя мама в душе была настоящим воином. Когда я нуждалась в защите, просыпался солдат, готовый защищать всё, что ему дорого. Я человек мирный и податливый, за меня редко когда приходилось вступаться, но стоило настать такому моменту, как мама бросала всё и вступала в словесную схватку с моим обидчиком, пренебрегая интересами всех и своими тоже кроме моих. Я всегда ценила маму за твёрдость убеждений. Она отстаивала их всю свою жизнь, а с моим появлением на свет, взрослением и приобретением собственных стереотипов, они становились для неё такими же значимыми, как и для меня.

Я считаю свою маму ангелом, но было место, где она становилась Богом. Это кухня. Не удивляйтесь! Это обычная кухня, но мне она таковой не казалась, потому что там творила моя мама. По образованию моя мама – экономист, но по призванию – повар. Из самых обычных продуктов за максимально короткое время появлялся шедевр, способный заткнуть за пояс любого шефа, обладающего звездой Мишлен. Любой праздник в нашей семье состоял только трёх из компонентов: повод, мы сами (наша семья), и мамина домашняя нереально вкусная кухня. В одном направлении кулинарии мама был сильна как ни в чём другом – в кондитерском деле. У неё был даже аттестат профессионального кондитера четвёртого разряда.

Однако и без этого документа можно было понять, что поварская магия у неё в крови. Мама часто готовила сладкие блюда. И, когда затевалось приготовление чего-нибудь этакого, я была тут как тут на кухне и не отводила глаз от маминых манипуляций. Время пролетало за готовкой и разговорами на самые отвлечённые темы. Особенно завораживающим было то, как из обычного, но необычайно вкусного крема на торте появлялись розы. Мамины руки могли сделать всё возможное на этом сложном, как мне тогда казалось поприще. Когда я стала готовить всё самостоятельно, мой миф о трудности кулинарии исчез, но я до сих пор с восторгом вспоминаю, как в маминых руках творились настоящие чудеса, не пропало во мне это ощущение кулинарного волшебства. Вот так до своих пятнадцати лет я была только зрителем. Теперь я лишь жалкое подобие предыдущего творца.

Судить о себе и своих качествах трудно, но одно из маминых я унаследовала. Я стараюсь не осуждать людей. И мама так поступала. Мы с ней всегда считали, что человек совершает поступки, идущие в разрез с современными стереотипами, в силу неких обстоятельств. Все так поступают, однако редкий ум понимает это. Сделал. И что такого? Значит, так было надо. Отвечать за поступок будет не общество, а он сам.

Проблемы «отцов и детей» между нами не существовало. Мама всегда умела понимать суть происходящего, делать правильные выводы. Это понимание у меня тоже есть. Часто мама, видя современных мамочек, кричащих на своих детей и всё запрещающих им, делилась со мной своими наблюдениями. «Зачем кричать на ребёнка? К нему прислушаться нужно. Что ей крик даст? Дитё только сильнее капризничать будет. Вот с тобой таких проблем не было. Я на тебя не кричала, да и ты не особо характер показывала. Спокойнейший ребёнок», – говорила мне мама в такие минуты.

Прошло больше года, как я её потеряла… Если у меня и была опора, только она, мой ангел, моя мама. И сейчас я словно бы в подвешенном состоянии, не знаю, во что верить, стёрлись все ориентиры. Может, это и нормально у подростков, но вот что точно ненормально, так это не иметь матери. Она бы сказала, что делать, а, если бы и не знала, то просто обняла, поцеловала и сказала: «Всё хорошо будет, всё наладится». Для меня сейчас такие фантазии и вообще воспоминания, словно острые ножи. Они оставляют раны, которые заживают лишь через большое количество времени. А тот факт, что её со мной нет, что я осталась в одиночестве в этом жестоком юношеском мире, больше похожем на ходьбу по краю пропасти, и любое неверное решение может столкнуть тебя вниз, похож на яд. Если от ножей остаются только рубцы, то яд действует нещадно и наверняка.

Что имеем – не храним, а потерявши – плачем. Так случилось и со мной. Теперь мне остаётся только исправлять ошибки и надеяться, что существует загробный мир, откуда за мной наблюдает моя мама и гордится своей дочерью.

Добавить комментарий

Пожалуйста, не оставляйте рекламу!


Защитный код
Обновить